Соловей: «Власть сама создает «базу» для коррупции»

Аналитический доклад стал своеобразным ответом на статью в одном из государственных СМИ с пафосным названием «Белорусское здравоохранение укрепляет кадры и материально-техническую базу, расширяет экспорт и идёт в цифру».

В частности, в ней утверждается, что «уверенную работу отрасли обеспечивает модернизация инфраструктуры и стабильное финансирование». Также пропагандисты утверждают, что «на фоне того, как многие страны Евросоюза сталкиваются с нехваткой кадров, перегрузкой больниц и угрозой финансовых разрывов, Беларусь делает ставку на устойчивость и развитие». 

Исследовательская группа выяснила, что имеется в виду под стабильным финансированием, устойчивостью и развитием, а также сравнительным злорадством с «проблемной» европейской медициной.

Участник группы исследователей, врач, один из лидеров независимого профсоюза медиков Станислав Соловей рассказал Филину о реальном положении дел в современной медицине Беларуси.

— Сначала немного цифр о нашей стабильности и «их» проблемах.  Доля расходов бюджета Беларуси на здравоохранение составляет 11,7-12,3% (это 2022–2023 годы). Доля от ВВП (госрасходы) — 4,4-4,7% ВВП. Общие расходы на здравоохранение (включая частные) — 6,6% ВВП.  То есть Беларусь тратит около 1/8 бюджета на здравоохранение — умеренный уровень по европейским меркам.

В то время как, например, Германия и Франция тратят на здравоохранение около 11-12% ВВП, страны Скандинавии – 10-11%. То есть Беларусь тратит меньше бюджета на здравоохранение, чем развитые европейские страны: разрыв составляет 2-5 процентных пунктов бюджета.

Если же взять расходы на здравоохранение на душу населения в год, здесь реальный разрыв намного больше, чем кажется по процентам бюджета. В Латвии и Литве этот показатель выше, чем в Беларуси, в 2 раза, в Польше – в 3 раза, в Германии – в 5-6 раз.

И это критически важно, ведь система здравоохранения «питается» именно абсолютными ресурсами. Это означает – больше персонала, выше зарплаты, больше технологий и лекарств, доступ к инновациям.

Еще один участник группы исследователей врач Олег Павлов говорит о проблеме централизации и неравной медицинской помощи в стране.

– Да, в Минске очень крутые медицинские центры, например, в области трансплантологии или онкологии. Но как только вы выезжаете за пределы столицы, картина меняется. В частности, про районные больницы я даже говорить не буду.

Возьмем, например, ситуацию с инфарктами. Разница в стоимости лечения человека в Новолукомле и Минске будет примерно раз в десять, и такая же разница будет в летальном исходе.

В большинстве стран ЕС такой централизации нет. Мне когда-то учитель объяснял, чем отличается операционная в Лионе от операционной в Париже. В первом случае дверь открывается ногой с помощью кнопочки справа, а во втором – слева.

Но так, как в Беларуси, когда минский центр оснащен в сто раз лучше, чем больница в Новолукомле, в Европейском Союзе не бывает.

При этом власти Беларуси начинают подгонять статистику. Я объясню. Если инфаркт не лечить – летальность будет 50%, то есть половина людей выживет сама по себе. Если лечить, возьмем по старинке, капельницами, то летальность будет в районе 16%. Если использовать современные методы – 5%, а если новейшие – 1,5%.

Власть выдает статистику летальности именно в 5%, хотя на самом деле это будет 16%, если человека лечат не в Минске, потому что как минимум на трети территории страны возможности применять современные методы нет. Просто из-за того, что не хватает денег на современное оснащение нестоличных учреждений.

Да, в районные больницы могут даже купить что-то новое современное (КТ, МРТ, другую аппаратуру), но далее все это требует обслуживания, оборудование имеет расходники, на которые нужны деньги, а их нет. Потому что эти расходники и обслуживание в долларах и евро, то есть в абсолютных цифрах, а не сравнительно с уровнем цен в стране! Вот почему абсолютные цифры трат на здравоохранение важны.

Поиском денег для своих больниц заставляют заниматься даже рядовых врачей. Даже у самой маленькой больнички есть план, который называется довольно смешно – «план темпа роста платных услуг». То есть вот в этом году так, а на следующий год должно быть плюс 130%.

И вот эта маленькая больница, в которую никто ничего не вкладывает, может предложить только отдельную палату с холодильником и телевизором.  Ну деньги откуда-то надо брать, потому что их не хватает.

А новая «фишка» – это предоставление медработниками услуг в выходные дни. Если вы не хотите ждать в очереди, приходите в выходные дни, и врачи, конечно же, «добровольно» примут вас, сделают, например, УЗИ и даже проведут какую-то операцию.

То есть человек заплатил налоги, ему должны предоставить какой-то комплекс услуг бесплатно. Но добиться он этого не может, поэтому идет в эту же государственную больницу или поликлинику и платит еще раз.

Давайте сравним с другой страной. Например, в Литве есть операция по поводу катаракты - ее можно сделать и в частном медцентре, и в государственной больнице. Но и там, и там ее оплачивает государство.

Почти все высокотехнологичное оборудование, многие лекарства и субстанции мы закупаем за границей в евро. И часто закупаются препараты подешевле. Да, у них более серьезные побочные эффекты, но, по мнению властей, делать нечего. Как там эта ставшая уже знаменитой фраза: «Денег нет, но вы держитесь».  

В Беларуси неплохие протоколы лечения онкологических больных, но очень часто нужные лекарства заменяют на другие, более дешевые из-за нехватки финансирования, Или, например, компьютерную томографию могут сделать без контраста. И это норма, если речь идет не о медцентре в Минске.

Не так давно я прочел две замечательные новости в один день – и это иллюстрация на тему «столица-регионы». В одной новости сообщалось, что в Минске открыли новый медцентр, а в районе – пандус в поликлинике. Этим все сказано.

Кроме того, у нас нет нормальной санавиации, когда в экстренном случае человека из маленького городка или деревни могут увезти, в частности, на вертолете в тот же Минск, в специализированный центр.  А в Германии и других странах ЕС такая помощь оказывается. В Беларуси же на это денег нет. И поэтому люди могут ждать помощи и не дожидаются, если она не оказана экстренно.

Большая разница в расходах на лечение (сколько на лечение какого-то заболевания тратят в Беларуси и сколько в Европе) не может не отражаться и в исходах, и в статистике. Это касается не только инфарктов, но и инсультов, и других заболеваний.

Именно поэтому в Беларуси статистика закрыта, она администрируется – так можно мягко назвать ее подделку, когда медицинское руководство требует достижения определенных цифр и наказывает тех, кто их не предоставил.

Станислав Соловей обращает внимание еще на несколько важных моментов:

— Есть два принципиальных момента в сфере финансирования медицины в Беларуси. Первое – мало денег.  Если мы возьмем больницу в Польше и в Беларуси, то разница будет только в оплате труда кадров, потому что все остальное, по идее, должно быть одинаково. Оборудование и лекарства стоят примерно одинаково. А если в Беларуси лекарства стоят дешевле, то, значит есть подвох – не может препарат стоить намного дешевле при том же качестве.

Второй момент – как расходуются ресурсы. Например, в Беларуси есть план по количеству пролеченных в стационаре пациентов, и он должен быть выполнен, даже если пациент может лечиться амбулаторно. Или у нас сливают вакцины: если не выполняется план по вакцинации.  То есть по документам все вакцины использованы по назначению – никому же не охота получить проблемы или лишиться премии из-за невыполнения плана.

По поводу платных услуг в госбольницах. Власть, по сути, сама создает «базу» для коррупции и последующих проверок.

Что помешает обвинить, например, завотделением, врача-хирурга в том, что он специально создавал очередь на операции, чтобы делать их в выходные и таким образом зарабатывать деньги? То есть закон это может толковать именно таким образом. Но с больниц требуют платные услуги, потому что государству нужны деньги.

Продолжение следует